Адольф гитлер как оратор зла

Адольф Гитлер лучший оратор. Анализ выступления Гитлера. Видео. — Школа Ораторского Мастерства

С точки зрения ораторского искусства, Адольф Гитлер был великим оратором?

  • Мы не рассматриваем другие стороны его личности. Нас интересует – ораторское искусство.

Посмотрите это видео с выступлением Адольфа Гитлера. А мои комментарии прочитаете ниже на странице.

Выступление Адольфа Гитлера с переводом на русский

У Адольфа Гитлера были сильные выступления. Не только слова. Анализ выступления речей Гитлера все делают по разному. Чаще – с политической точки зрения. Но отставим историю и политику в стороне. Рассмотрим Гитлера с точки зрения ораторского мастерства.

Гитлер хорошо воздействует на публику всем арсеналом оратора: словами, паузами, жестами, эмоциями…

Обратите внимание на сильные и эмоциональные жесты. Это не только рука вытянутая вперед. Это и жесты к груди, к лицу, жесты к народу. Жест рукой в сторону, усиливающий эффект слов, причем, рука максимально вытянута в сторону.

Обратите внимание на паузы. Паузу в начале речи (та пауза, о которой я всегда говорю на первом занятии в упражнении “Монетка”). Хорошие паузы в середине речи. Убыстрение и замедление темпа.

Обратите внимание, что Гитлер смотрит на свои записи на листочке, то есть он заранее подготовил речь и написал, вероятно, план-конспект (то, о чем я настойчиво рекомендую делать). А записи свои Адольф Гитлер смотрит во время паузы, когда публика аплодирует.

Эмоции. Мало кто умеет проявлять эмоции на публике. А Гитлер не просто их показывает, он живет этими эмоциями. Он весь буквально состоит из них. Может кто и будет со мной спорить, будто эмоции у Гитлера наиграны. Но я вижу искренность эмоций Адольфа Гитлера. Он верит в свои слова, во всяком случае во время своего выступления.

Адольф Гитлер, как оратор

Лишний раз напишу, что я не фанат Гитлера, мне он не нравится, как человек. Я лишь комментирую его ораторские качества: Адольф является сильным оратором, у него есть чему поучиться с точки зрения ораторского мастерства.

Друзья мне советовали посмотреть речи Йозефа Геббельса. Посмотрел. И могу сказать, что Гитлер выступает куда лучше Геббельса. Во всяком случае, если брать видео. Геббельс хорош в аудио (он известен больше своими речами по Берлинскому радио). У Геббельса слабое тело, слабые жесты, голос – да, хорош. Но… наш Юрий Левитан куда лучше (опять-таки, мое субъективное мнение)

И еще один тезис. Представьте, что было, если Адольф Гитлер не был таким оратором? Все оставьте, но уберите ораторское искусство… Достиг бы Гитлер хоть чего-нибудь? Вряд ли.

Он не стал бы лидером партии, и не стал бы вождем нации. Понятно, что не только благодаря ораторским способностям он добился своего успеха. Были у Адольфа и другие качества.

Но без ораторского искусства Гитлер остался бы в числе многих не известных нам людей.

Еще одно видео выступления Адольфа Гитлера

Здесь выступление не полностью. Я для экономии времени вырезал длинное вступление и концовку, а так же много из середины речи, например частые и продолжительные овации.

Вот еще одно видео выступления Адольфа Гитлера

Далекий 1936 год. Еще не началась Вторая мировая война. Но Гитлер – уже фюрер Германии. Ему 47 лет.
Выступление Адольфа Гитлера без перевода (это и к лучшему – так лучше слышно речь, его интонации, эмоции.) На видео  хорошо видно жестикуляцию.

Никогда не был поклонником Гитлера. И не буду.

Не повторял его жестов. Или эмоции. Это – незачем.

Но изучить его техники выступлений мне, как тренеру, необходимо. Во всяком случае, чтобы ответить на вопрос учеников: “А как выступал Гитлер?”.

Был ли Гитлер великим оратором?

Безусловно, без ораторского искусства он бы не добился таких результатов. Его современники все отмечали Гитлера, как великого оратора. Писали, что его речи производили впечатление даже на самых сильных ораторов.

Но есть и другие великие ораторы.

  • Смотреть другие видео известных ораторов.

Кроме Адольфа Гитлера, были и другие ораторы тех времен. Но… результат у Гитлера впечатляющий.

Если бы Гитлер не был оратором – вряд ли он достиг бы хоть чего-то…

Читать книгу об ораторском искусстве →

 / Адольф Гітлер відео / Величайшие ораторы 20 века / Гітлер / Лучшие ораторы мира / Великие ораторы мира / Гітлер як оратор / Онлайн обучение /

Источник: https://bolsunov.com/adolf-gitler-orator.html

Применение ораторских способностей и оккультных идей в целях зомбирование масс

  

Ряд свидетельств и исторических фактов подтверждают, что Адольф Гитлер сумел перенять у ряда своих «учителей» способности, навыки и умения, обладание которыми позволило ему управлять сознанием масс. Будучи прекрасным оратором, используя при организации и проведении выступлений специальные психологические и актерские техники, он внушал народным массам свои мысли и доводы, зомбируя людей…

Во время своих выступлений перед народом Гитлеру удавалось доводить массы до откровенно исступленного состояния. Добиться столь сильного воздействия на разум тысяч людей одновременно вождю помогало тщательное планирование проводимых мероприятий, применение определенных жестов и поз во время произнесения речей.

Однажды Гитлер похвастался, что он – «величайший актер Европы». Его слова полностью соответствовали действительности. Обучившись навыкам актерского мастерства, в повседневной жизни диктатор никогда не показывал естественные ответные чувства на слова и действия в его сторону.

Фюрер почти никогда не смеялся, а если и делал это, то прикрывал рот рукой. Для удачных выступлений он выучил внушительный репертуар движений и поз, чтобы сделать свои речи максимально действенными и убедительными.

Он постоянно шлифовал сценическое мастерство, наделяя каждое свое слово гипнотической силой.

Выступления Гитлера перед народом, как правило, проходили в темное время суток. Прежде чем явится перед толпой, он заблаговременно направлял на сцену помощника произнести короткую речь, дабы подогреть публику.

Обстановка дополнялась использованием драматического освещения – это делало слушателей более внушаемыми, легче поддающимися «чарам» своего вождя.

Для усиления эффекта нередко использовались тяжелые кулисы, фанфары и прочая театральная атрибутика.

Сила и очарование Гитлера в ораторском искусстве почти всецело основывались на способности почувствовать, что хочет услышать аудитория, а затем манипулировать ей таким образом, чтобы возбудить эмоции толпы, сделать людей управляемыми.

Общая модель большинства громогласных речей фюрера составлялась следующим образом:

* сначала следовала предварительная фабула с кратким содержанием речи. Сначала вождь говорил тихо и спокойно. По мере выступления, темп речи оратора постепенно ускорялся, голос становился более громким и решительным, а слова – резкими и обрывистыми;

* следующий этап – «успокаивающая пауза», в которую слушатели могли выказать свое одобрение словам Гитлера, произнеся дружно «Хайль»;

* после паузы следовал апогей выступления, во время которого рейхсканцлер вел себя особо решительно.

На его лице появлялся пот, глаза покрывались поволокой, он выглядел загипнотизированным, размахивал кулаками. К этому моменту слушатели были ошеломлены.

Даже законченные скептики, далекие от идей фашизма, и иностранные журналисты непроизвольно вытягивали руки с приветственным жестом «Зиг хайль».

Такой «ритуал» давал возможность человеку чувствовать себя участником чего-то большого и мощного. Аудитория доводилась до исступленного состояния, внимала

каждому слову и жесту оратора. Доктрина, вбитая в голову в таком состоянии, сохранялась в головах слушателей надолго.

Сам Гитлер после своих выступлений чувствовал себя изумленным и ослабленным. Как гласят некоторые открытые источники, фюрер так сильно «выкладывался» во время выступлений, что после каждого терял в весе около 2 – 2,5 кг.

Помимо театральных эффектов, фюрер в своих выступлениях использовал своеобразные психологические «ноу-хау». В частности, речь идет о пропагандистском приеме, названном самим вождем «Большая ложь».

Суть и определение приема были описаны Гитлером в 10-й главе первой части «Mein Kampf». «Большая ложь» по-гитлеровски – «колоссальная», наглая ложь, о нереальности и неправдивости которой никто не посмеет и даже не задумается поверить.

Фюрер придерживался мнения, что чем чудовищнее и бесстыже соврешь, тем скорее люди тебе поверят – рядовые люди скорее верят большому обману, нежели маленькой лжи.

Адольф Гитлер описывал в книге, что большинство людей в душе способно на небольшую ложь в своих интересах, потому готово подозревать в аналогичном поступке и других.

А вот пойти на глобальный обман, бессовестное извращение фактов способны лишь единицы…

Прием «Большая ложь» был настолько действенным, что, если людям после его применения раскрывали правду, они отказывались в нее верить, настаивая на верности первоначальной информации.

Особый эффект в народной поддержке Гитлера имели идеи идеологии расового превосходства немцев над остальными народами.

Убеждая людей в существовании «идеальных» телом и душой арийцев, обладающих знаниями о бессмертии, правящая верхушка Третьего рейха создавала многочисленные экспедиции по всему миру.

Вера людей в существование сверхлюдей и роль Гитлера, как проводника между мирами, активно подкреплялась необычными находками ученых, которые привозили из Тибета (якобы арийских пчел, арийских лошадей и т.д.).

Все описанные выше приемы совместно с преподносимыми идеологиями фашизма и расового превосходства германского народа в итоге стали эффективным информационным оружием в руках Гитлера, направленным в сторону народных масс.

Ваш комментарий

* — Поля обязательные для заполнения



к материалу

Сибиряк написал:

Можно сколько угодно врать про Гитлера,но Гитлер это великий человек. Сегодня в России нужен именно Гитлер.

22.12.2012 (12:26)

Рафаил написал:

Германия. Посмотрите таблицы рождаемости.

Источник: http://ss-op.ru/reviews/view/71

Речи Гитлера: как он стал успешным оратором

vseorechi.ru

Толпы людей рукоплескали Адольфу Гитлеру, когда он проповедовал сумасшедшие идеи нацизма и фашизма. Фюрер говорил о «чистой расе», нес в массы ненависть к людям, вселял в граждан Германии злость и вражду.

Как ему это удалось? Как можно убедить миллионы в том, что идеи насилия — это норма? Дело в том, что Гитлер был отличным актером, он профессионально строил свое выступление и имел достаточную подготовку в вопросе воздействия на массовое сознание.

Самое главное — эмоции. Вот чем в первую очередь руководствовался фюрер. Он устраивал не просто выступление диктатора, а целый концерт. То есть, брал людей Гитлер в основном не словами, а своим поведением. Он громко кричал, ему даже дважды проводили операцию на ых связках.

Еще один важный момент — подогреть публику. Начинается речь Гитлера всегда медленно (можно посмотреть видео), а потом идет на нарастающей — активнее и громче.

Так, многие психологи говорят о том, что Гитлер был одержим мыслью, что выступает перед женщиной, что пытается ее убедить, а когда толпа аплодировала, когда его силы были на исходе, он получал сексуальное удовлетворение.

Так сказать, в момент кульминации публичного выступления, у фюрера наступало некоторое физическое удовлетворение. Еще один инструмент Гитлера — паузы. Он делал их часто, заставлял людей ждать, что же он произнесет.

Также надо сказать, что Гитлер обращался к публике с якобы общими проблемами. Например, он давил на то, что подписание «унизительного» договора в Первой мировой войне — позор всей нации. Люли должны были почувствовать желание сплотиться для восполнение такого пробела, восстановления справедливости.

Что касается имиджа Гитлера, он очень пекся за него. В тюрьме фюрер даже написал книгу, а ее текст был призван сформировать в сознании читателя образ Гитлера. Так, 80 процентов того, что люди воспринимают, зависит от образа, который читателю или слушателю однажды заложат. Следовательно, Гитлер изучал психологию прибегал к ее методам в пиаре самого себя.

Гитлер всегда готовился к выступлению, он писал текст своей речи примерно 5 часов, это было так даже в случаях, если говорить придется для маленького количества людей. Так вот, всегда перед фюрером лежала бумажка, но смотрел он туда не так часто.

Ему хватало того, что он чувствует настроение толпы, пользуется им грамотно. Еще один инструмент — Гитлер назначал свои выступления преимущественно на темное время суток, так ему удавалось обрести большее доверие, это тоже психологическая хитрость.

До того, как выходить с идеями насилия на публику, фюрер, конечно, этому научился. Гитлер до Первой мировой войны был художником, тихим и молчаливым. А вот после войны, юноша отправился на курсы агитаторов, он научился выражать свои мысли, смог подчинить себе публику, а тренировался Адольф в барах, пабах, где все пили и говорили о насущных делах страны.

Во время учебы, Гитлер не особо забивал себе голову тем, что ему хотели впихнуть, он хорошо знал историю, но не позволял кому-то вмешиваться в его восприятие. Так, он часто уходил в себя, долго о чем-то размышлял.

Кстати, у матери Гитлера было шестеро детей, но лишь двое смогли пережить тяжелые времена. Гитлер верил, что миру он нужен для чего-то великого, что он выжил не просто так.

Однажды во время войны на фюрера совершили покушение, кто-то из военных пронес взрывчатку, но диктатор выжил. Этот случай Гитлер снова воспринял как знак, что он несет некую миссию. В каждой своей речи он все больше убеждался в своей сумасшедшей идее.

Вот так опасно для мира ораторское мастерство, когда им владеет отвратительная личность.

Читайте также:  Лечение заикания у детей: причины патологии, симптомы, последствия

Еще по теме:

О том, как Гитлер стал фашистом, рассказали врачи

Почему Гитлер чуть не стал властелином мира сего?

Последний день художника Гитлера

«Неизвестный Гитлер»: взгляд изнутри

Ева Браун: от любовницы до жены Гитлера

Как русские холода Гитлера спасли

Источник: http://www.glavtema.ru/articles/2018-05-19/1852/

Говорит гитлер

Из секретного доклада американской разведки:

Подавляющее большинство людей имело единственный контакт с Гитлером — через его голос.

Он был неутомимым оратором, и перед тем как пришел к власти, иногда мог произнести от трех до четырех речей за один день, часто в разных городах.

Даже самые непримиримые его оппоненты признавали, что он — величайший оратор, которого когда-либо знала Германия. Это признание интересно еще тем, что звучание его голоса было далеким от приятного.

«Каждое из произносимых им слов было заряжено мощным потоком энергии: временами казалось, что слова, вырванные из самого сердца этого человека, причиняют ему ужасную боль».

«Наклонившись с трибуны, как бы пытаясь имплантировать свое внутреннее «Я» в сознание всех этих тысяч людей, он держал массы и меня под гипнотическим колдовством…

Было ясно, что Гитлер чувствовал восторг эмоциональной реакции, надвигавшейся сейчас на него… его голос поднимался до страстного предела… его слова были подобны бичу.

Когда он замолчал, его грудь все еще вздымалась от чувств».

Вот что говорит Штрассер о его таланте:

«Гитлер реагирует на биение человеческого сердца, как сейсмограф… реагирует с точностью, которой он не смог бы достичь сознательно, и которая позволяет ему действовать наподобие громкоговорителя, провозглашающего наиболее тайные желания, наименее допустимые инстинкты, страдания и личное негодование целой нации».

«Ньюсуик» сообщает: «Женщины падали в обморок, когда с багровым и искаженным усилиями лицом он выдавал свою магическую ораторию».

Фланнер говорит: «Его оратория состояла из расстегнутого воротничка, взъерошенных волос, огня в глазах; он был похож на загипнотизированного человека, доводящего себя до исступления».

Согласно Йетс-Брауну: «Он был перевоплощенным и одержимым человеком. Мы присутствовали при чуде».

[777]

Свидетельствует Эрих Мария Ремарк:

«На сцене стоял сильный коренастый человек и говорил. У него был громкий грудной голос, хорошо слышный в самых дальних уголках зала. Этот голос убеждал, хотя никто особенно и не вслушивался в то, что он говорил. А говорил он вещи, понять которые было нетрудно.

Оратор непринужденно расхаживал по сцене, чуть размахивая руками. Время от времени он отпивал глоток воды и шутил. Но затем он внезапно замирал, повернувшись лицом к публике, и измененным, резким голосом произносил одну за другой хлесткие фразы. Это были известные всем истины о нужде, о голоде, о безработице.

Голос нарастал все сильнее, увлекая слушателей; он звучал фортиссимо, и оратор остервенело швырял в аудиторию слова: «Так дальше продолжаться не может! Это должно измениться!». Публика выражала шумное одобрение, она аплодировала и кричала, словно благодаря этим словам все уже изменилось. Оратор ждал.

Его лицо блестело. А затем, пространно, убедительно и неодолимо со сцены понеслось одно обещание за другим.

Обещания сыпались градом на головы людей, и над ними расцветал пестрый, волшебный купол рая; это была лотерея, в которой на каждый билет падал главный выигрыш, в котором каждый обретал личное счастье, личные права и мог осуществить личную месть.

Я смотрел на слушателей. Здесь были люди всех профессий — бухгалтеры, мелкие ремесленники, чиновники, несколько рабочих и множество женщин. Они сидели в душном зале, откинувшись назад или подавшись вперед, ряд за рядом, голова к голове.

Со сцены лились потоки слов; и странно: при всем разнообразии лиц на них было одинаковое, отсутствующее выражение, сонливые взгляды, устремленные в туманную даль, где маячила фата-моргана; в этих взглядах была пустота и вместе с тем ожидание какого-то великого свершения.

В этом ожидании растворялось все — критика, сомнения, противоречия, наболевшие вопросы, будни, современность, реальность. Человек на сцене знал ответ на каждый вопрос, он мог помочь любой беде. Было приятно довериться ему. Было приятно видеть кого-то, кто думал о тебе.

Было приятно верить».

[256]

Еще один немецкий писатель, Лион Фейхтвангер, в своем знаменитом романе «Успех», впервые вышедшем в Германии в 1930 году, вывел Адольфа Гитлера под именем Руперта Кутцнера. Первый перевод романа на русский язык был опубликован в 1935 г.

Свидетельствует Лион Фейхтвангер:

«Свастика неизменно красовалась на больших, кроваво-красных знаменах «истинных германцев». Свастику чеканили на кольцах, на брошках, а кое-кто щеголял татуировкой в виде свастики. Под знаком свастики мюнхенцы шествовали на собрания, где выступал Руперт Кутцнер. Каждый понедельник, сперва в «Капуцинербрей», а потом и в других крупных пивных заведениях фюрер обращался к своему народу.

Все упорнее становились слухи, что недалек час, когда «патриоты» нанесут решительный удар. Каждый понедельник поклонники Кутцнера ждали, что вот сегодня он обязательно назначит день.

На собрания стекалось все больше народу, и чиновники и служащие требовали, чтобы по понедельникам их отпускали пораньше, иначе все места за столиками уже оказывались занятыми.

Люди боялись пропустить собрание, — а вдруг на нем будет возвещено о дне освобождения.

В ожидании прибытия фюрера люди рассказывали друг другу о многих… несправедливостях. Все возмущались каждодневным нелепым падением марки, все возлагали ответственность за это на евреев и правительство, все надеялись, что Кутцнер принесет им освобождение.

И вот, под сенью знамен, при ликующих кликах толпы, четко шагая в такт гремящему духовому оркестру, задрав голову с безукоризненным пробором, совершил свой выход Руперт Кутцнер.

Он говорил о позорном Версальском мире, о наглых адвокатских выходках француза Пуанкаре, о международном заговоре, о масонах и Талмуде. В его речи не было ничего нового, но так естественно были построены фразы, так убедительны ораторские приемы, что слушателям они казались откровением.

Потом он перешел к рассказу — и в голосе его зазвучало благоговейное восхищение — об итальянском фюрере Муссолини, о том, как отважно он завладел Римом, а потом и всем Апеннинским полуостровом. Кутцнер призывал баварцев вдохновиться столь блистательным примером мужества, измывался над имперским правительством, предрекал поход на Берлин.

Расписывал, как без единого удара мечом, сдастся «истинным германцам» этот прогнивший город, как его обитатели, при одном взгляде на подлинных сынов народа, тут же наложат в штаны. Когда он заговорил о походе, в зале все притаили дыхание. Ждали, что он назначит день похода.

Но тот не собирался выражать мысли в ясной и грубой форме, подобающей разве что бюллетеню о курсе доллара, прозе он предпочитал поэзию.

— Еще не успеют зацвести деревья, — воскликнул он, указывая на знамена с экзотическим знаком свастики, — а эти знамена оправдают наши надежды!

Еще не успеют зацвести деревья. Столь многообещающая весть запечатлелась у всех в сердцах. Люди выслушали ее безмолвно и блаженно. Они были во власти живой мимики Руперта Кутцнера, его великолепного голоса.

Сразу позабыли, что их тоненькие пачки ценных бумаг уже ничего не стоят, что напрасны были их старания обеспечить себе безбедную старость.

Как умело облекал этот человек их мечты в слова! Каким широким жестом взлетали его руки, с какой силой ударяли по кафедре, как пародийно жестикулировали, когда фюрер, вслед за невзыскательными юмористическими журнальчиками, изображал евреев.

Собравшиеся самозабвенно следили за каждым его движением, их большие руки с бережной осторожностью опускали на стол глиняные кружки, дабы ни единым звуком не заглушить его бесценных слов. Порою фюрер возвышал голос — это означало, что пришло время аплодировать. А пока гремели аплодисменты, он, пользуясь возможностью, вытирал взмокший лоб и, все тем же широким жестом подняв пивную кружку, осушал ее до дна.

Он снова заговорил о берлинском правительстве, до того ничтожном, что, в ответ на законное возмущение народа, оно не нашло ничего лучшего, чем издать чрезвычайные законы.

— Будь у власти мы, «истинные германцы», — воскликнул он, — нам не понадобились бы чрезвычайные законы!

— А что бы вы сделали? — раздался чей-то красивый звучный голос.

Руперт Кутцнер на мгновение умолк. Потом негромко, с мечтательной улыбкой произнес среди напряженного молчания:

— Взяли бы да и повесили наших врагов.

А составляли «истинные германцы» четыре процента от населения Германии. Тридцать четыре процента занимали нейтральную позицию, шестьдесят два были им враждебны.

В зале все улыбались такой же задумчивой улыбкой, как фюрер. Они уже представляли себе, как их враги, высунув синие языки, болтаются на виселицах и деревьях… и все с полным удовольствием осушали большие серые пивные кружки.

Фюрер произнес эту речь еще в трех больших пивных заведениях: в «Шпатенбрейкеллер», в «Мюнхнер Киндлькеллер» и в «Арцбергеркеллер». Трижды торжественно шествовал он, окруженный ближайшими соратниками, по залам, где клубились пивные испарения и гремели приветствия.

Трижды, указывая  на знамена со свастикой, предрекал, что «еще не успеют зацвести деревья», а «истинные германцы» уже пойдут походом на Берлин. «Еще не успеют зацвести деревья!» — грозно, радостно, соблазнительно звенели эти слова в ушах двенадцати тысяч мюнхенцев.

«Еще не успеют зацвести деревья!» — врезались они в сердца двенадцати тысяч мюнхенцев».

[12, 319]

«… [Фюрер] твердил в своих речах, что единый народный фронт, провозглашенный правительством, — вонючее дерьмо, бесстыжий обман. К победе приведут только прямые действия. А пока не наступило время идти на французов, надо заняться внутренним врагом.

Стоит расправиться с ним — и Германия сразу же снова займет место в кругу великих держав. Расправа с ноябрьскими подонками — вот задача номер один. И тут уж сентиментальность неуместна, тут надо дать волю ненависти. К черту полумеры! Пассивное сопротивление — чушь.

Пора устроить «сицилийскую вечерню» Долой все революционные говорильни! Германии нужны народные трибуналы, у которых только два приговора: оправдание или смерть. Надо ввести всеобщую воинскую повинность, надо персонал контрольных комиссий врага задерживать в качестве заложников.

На пороге — великое национальное обновление. Еще не зацветут деревья, а оно уж начнется. Восстань, народ, разразись, гроза!

Открыто, с воем и барабанным боем, шествовали отряды «истинных германцев» по улицам.

Парады принимал сам фюрер. Прислонившись к своей машине, он холодно взирал на марширующие мимо него отряды.

По всей стране гремело — «Еще не зацветут деревья!»

[319]

Из воспоминаний Альберта Шпеера:

«В это время Гитлер выступал на берлинской «Заячьей  пустоши» перед студентами Берлинского университета и Технического института. Мои студенты потащили меня, правда,  еще не убежденного, но колеблющегося, с собой, и я пошел.

  Грязные стены, узкие проходы и неухоженные интерьеры производили впечатление бедности; обычно здесь проходили рабочие пирушки. Зал был переполнен.

Казалось, будто почти все студенчество Берлина хотело видеть и слышать этого человека, которому его сторонники приписывали столько замечательного, а противники — так много плохого.

Многочисленная профессура сидела на почетных местах в центре лишенных каких-либо украшений подмостков; ее присутствие, собственно, только и придавало общественное значение этому мероприятию. Нашей группе тоже удалось пробиться на хорошие места на трибуне недалеко от оратора.

Гитлер появился, приветствуемый многочисленными сторонниками из числа студентов. Уже сам по себе этот восторг произвел на меня большое впечатление. Но и его выступление было для меня неожиданностью.

На плакатах и карикатурах его изображали в гимнастерке с портупеей, с нарукавной повязкой со свастикой и с диковатой челкой. Здесь же он появился в хорошо сидящем синем костюме, он старался продемонстрировать хорошие буржуазные манеры, все подчеркивало впечатление разумной сдержанности.

Позднее я узнал, что он отлично умел — осознанно или интуитивно — приспосабливаться к своему окружению.

Всеми силами, чуть ли не выражая свое недовольство, он пытался положить конец продолжавшимся несколько минут овациям.

То, как он затем тихим голосом, медленно и как-то робко начал даже не речь, а своего рода исторический доклад,  подействовало на меня завораживающе, тем более что это противоречило всем моим ожиданиям, основывающимся на пропаганде его противников.

Я ожидал увидеть истеричного демагога, визжащего, жестикулирующего фанатика в военной форме. Даже бурные аплодисменты не смогли сбить его со спокойно-наставительного тона.

Казалось, что он раскованно и откровенно  делился  своей озабоченностью относительно будущего.

Его иронию смягчал юмор уверенного в себе человека, его южно-немецкий шарм вызывал у меня ностальгию, немыслимо, чтобы холодному пруссаку удалось бы поймать меня в свои сети.

Первоначальная робость Гитлера вскоре исчезла; теперь он уже повысил тон, заговорил внушительнее и с большой силой убеждения. Это впечатление было намного глубже, чем сама речь, от которой у меня в памяти осталось немного.

Сверх того, меня захватил прямо-таки физический ощущаемый восторг, вызываемый каждой фразой оратора. Это чувство развеяло в прах все скептические предубеждения. Противники не выступили.

Читайте также:  Приветственная речь на открытии какого-либо мероприятия: построение с примерами

Отсюда возникло, по крайней мере на какое-то время, ложное ощущение единодушия.

Под конец Гитлер, казалось, говорил уже не для того, чтобы убеждать, гораздо в большей степени он казался человеком, уверенным в том, что он выражает ожидания публики, превратившейся в  единую  массу.

Так, как если бы речь шла о простейшем деле в мире — привести в состояние покорности и повести за собой студентов и часть преподавателей двух крупнейших учебных заведений Германии.

Притом в этот вечер он еще не был абсолютным повелителем, защищенным от всякой критики, напротив, он был открыт нападкам со всех сторон.

Некоторые любят обсудить за стаканом пива события волнующего вечера; конечно, и мои студенты попытались побудить меня к тому же. Однако мне было необходимо привести в порядок свои мысли и чувства, преодолеть овладевшее мной замешательство, мне нужно было побыть одному.

Взбудораженный, я уехал на своем маленьком автомобиле в ночь, остановился в сосновом лесу, раскинувшемуся на холмах, и долго бродил там.

Вот, казалось мне, надежда, вот новые идеалы, новое понимание, новые задачи. Даже мрачные предсказания Шпенглера казались опровергнутыми, зато его пророчество о грядущем императоре — исполнившимся.

Опасность коммунизма, который, казалось, неуклонно приближался к власти, можно было, как убедил нас Гитлер,  обуздать, и, наконец, вместо непроглядной безработицы мог даже  быть экономический подъем. Еврейский вопрос он едва  упомянул.  Однако подобные замечания меня не беспокоили, хотя я и не был антисемитом, а напротив, в школьные и студенческие годы имел друзей-евреев».

 [790]

Из секретного доклада американской разведки:

«Бесспорно, как оратор он оказывал мощное влияние на обыкновенных немцев.

Его митинги всегда были многолюдны, а когда он заканчивал выступать, то способность критического мышления у слушателей была подавлена до такой степени, что они были готовы поверить почти во все сказанное им. Он льстил им и обхаживал их.

Он бросал им обвинения и тут же развлекал их и умилял; казалось, он создавал соломенного человека, которого быстренько сбивал с ног. Его язык был подобен кнуту, подхлестывающему эмоции аудитории.

И каким-то образом ему удавалось всегда высказать то, что большинство слушателей уже тайно держало в уме, но не могло выразить словами. В ответ на реакцию публики в нем бурно проявлялись различные чувства. Благодаря этой обоюдной связи, оратора и его аудиторию охватывало эмоциональное опьянение».

Именно такого Гитлера знал, прежде всего, немецкий народ. Гитлера, пламенного оратора, который без устали мчался с одного митинга на другой, выматываясь до стадии истощения. Гитлера, чье сердце и душа принадлежали делу и который неустанно боролся против всепоглощающих бедствий и препятствий, чтобы раскрыть глаза слушателей на истинное положение вещей.

Гитлера, который мог возбудить чувства и довести до сознания людей цель национального подъема. Гитлера мужественного, который решился сказать правду и бросить вызов как национальным властям, так и международным поработителям. Немцы знали искреннего Гитлера, чьи слова воспламенялись в тысячах сердец, призывая искоренить недостатки.

Именно Гитлер откроет немцам путь к самоуважению, потому что он верит в них».

[777]

Источник: http://new-history.narod.ru/Blank_Page_34.htm

Кто был воплощением зла до Гитлера?

В начале октября спортивный телеканал ESPN убрал из своей программы Monday Night Football певца Хэнка Уильямса-младшего (Hank Williams Jr) после того, как тот публично сравнил Барака Обаму с Адольфом Гитлером.

В наши дни фюрер повсюду считается настоящим воплощением зла и самым удобным примером всего самого худшего, что только может быть в человеке. Но кто же тогда был, так сказать, худшей исторической личностью до Второй Мировой войны?

Темные времена в истории Египта

Фараон. С XVIII по XX век большинство американцев и европейцев гораздо лучше знали Библию, чем историю кровавых диктаторов.

Ораторы, которым был нужен символ всеобщего и чистого зла, обычно обращались к таким личностям как Иуда Искариот, Понтий Пилат или, еще чаще, фараон времен Исхода: тот отказался отпустить еврейский народ, предпочтя тем самым десять казней египетских.

В своем знаменитом памфлете один из отцов американской революции Томас Пейн писал: «Ни один человек так не стремился к примирению, как я до этой трагедии 19 апреля 1775 года [дата бойни в Лексингтоне], но как только о ней стало известно, я решил навсегда отринуть безжалостного и грозного фараона Англии».

Во время гражданской войны в США аболиционисты постоянно сравнивали рабовладельцев с современными фараонами. И даже много лет спустя после падения Третьего Рейха слово «фараон» нередко звучало в выступлениях реформаторов, таких как Мартин Лютер Кинг.

«Гитлеры» местных масштабов

В целом же до Второй Мировой войны народная ненависть была сильнее привязана к месту и не имела такого широкого распространения. В XIX веке спорщики иногда использовали фигуру Наполеона Бонапарта как символ злобного монарха (чаще его называли «маленьким тираном, а не по имени), однако в целом случаи такого употребления были довольно редки.

Такие личности как Чингиз Хан, Аттила или Иван Грозный, тоже проскальзывали в речах ораторов, но опять-таки только изредка.

Однажды Адольф Гитлер и сам упомянул о том, что народ склонен забывать кровавые преступления диктаторов.

В 1939 году фюрер заявил: «Кто еще говорит о геноциде армян?» (Подлинность этой цитаты оспаривается).

В отсутствии всеобщего злодея различные регионы мира обычно выбирали ту или иную личность в качестве их собственного воплощения зла. Кроме того, геноцид и убийства обычно вызывали меньшее порицание, нежели предательство и вероломство.

Чудовище Авраам Линкольн

Во время гражданской войны в США некоторые жители юга страны говорили об Аврааме Линкольне так, как сейчас обычно говорят о Гитлере. После убийства Линкольна главный редактор Texas Republican мог написать: «Мир избавился от чудовища, которое принижало все человечество» (Некоторые конфедераты называли Линкольна «фараоном современной эпохи»).

Отчасти это презрение было вызвано тем фактом, что они считали Линкольна предателем: его родители были уроженцами Вирджинии (штат в составе Конфедерации), а сам Линкольн родился в штате, где рабство было вполне законным. Северяне наоборот испытывали безграничную ненависть к убийце Линкольна Джону Уилксу Буту.

52 года спустя после убийства Линкольна некоторые американцы сравнивали тогдашнего президента Вудро Вильсона с Бутом, потому что тот, по их мнению, предал свою страну, вступив в Первую Мировую войну.

Английский король Георг III также оставался « любимым» персонажем американских ораторов долгие годы после американской революции. В «Бостонской балладе» Уолт Уитмен сравнивал закон о беглых рабах (предусматривал возвращение бежавших на север черных рабов их хозяевам с юга) с возвращением призрака Георга III.

Источник

Категории: Мир| Contra Historia

Авраам Линкольн, Адольф Гитлер, воплощение зла, зло, пиар, черный пиар

Источник: http://aktiv.com.ua/archives/7241

Vikent — Гитлер Адольф

Викентьев И.Л.

Youtube

Борев Ю.Б., XX век в преданиях и анекдотах, Харьков, «Фолио»; Ростов-на-Дону, «Феникс», 1996 г., с. 71-72.

Когда началась Первая мировая война, Гитлер вступил добровольцем (!) в германскую армию (до этого он уклонялся от службы в австрийской армии, т.к. его не устраивал её расовый состав), был дважды ранен, награждён «Железным крестом» второй и первой степени.

«Представьте: Нюренберг, сентябрь 1948 года, Дворец правосудия. Война давно закончена, нацистские преступники наказаны, но расследование всё ещё идёт. Американский прокурор допрашивает немецкого офицера, Фритца Видеманна. Тот ещё в Первую мировую войну был командиром части, в которой Адольф Гитлер служил в скромном чине капрала. «Отчего же вы его в чине не повысили?» — спрашивает американец.

Видеманн пожимает плечами: «У него совершенно не было командирских данных. Он не мог вести людей за собой». Под сводами дворца раздаётся смех. Действительно: зажигательный оратор», злой гений истории, фюрер всей нации, и вдруг — нет никаких командирских данных. Как ни странно, это было правдой. Гитлер был на передовой, попал в газовую атаку, был контужен взрывной волной и ослеп.

Мозг капрала отказывался обрабатывать виденное, хотя физически глаза его были в норме. В ноябре 1918 года в военном госпитале Пазельвок в Померании он предстал перед психиатром по имени Эдмунд Форстер. Форстер буквально заставлял своих пациентов выздоравливать. Взаимоотношения врача и больного он рассматривал как битву характеров, воля врача должна была оказаться сильнее.

Если надо, мог и электрошок прописать. «Ты же немецкий солдат, — говаривал он, — а не сопливый мальчик. Ты абсолютно здоров, и нечего тут симулировать. А ну возьми себя в руки, перестань хныкать!» Доктор был не прост, и к каждому больному искал свой ключик.

Он наблюдал за капралом Гитлером около недели и потом заявил ему, что тот действительно тяжело болен и что от слепоты его вылечить не удастся. «Но! — добавил Форстер. — Бывает, очень редко, что болеет исключительный человек, избранник Бога. В таком случае вполне возможно чудо». Обработав таким образом доверчивого и нервного капрала, он в тёмной комнате поднёс к лицу больного две свечи.

«Верь в себя, верь ещё, ещё больше. Вера вернет тебе зрение. Ещё, ещё!» Тот действительно увидел — сначала пламя, потом лицо врача и всё вокруг. Форстеру удалось воздействовать на сознание и включить зрительные центры. Для Гитлера это выздоровление стало знамением свыше. Он уверовал в свою божественную избранность. Личность Гитлера преобразилась.

Вскоре он уже выступал с зажигательными речами, потом возглавил партию, остальное вы знаете. У этой истории есть эпилог. По мере восхождения Гитлера к вершинам власти доктор Форстер всё больше приходил в ужас: он понимал, что создал чудовище, породил Франкенштейна. Врачебная этика не позволяла ему разглашать медицинскую подоплёку болезни бывшего пациента.

Но в 1933 году, когда тот стал канцлером, Эдмунд Форстер сделал три копии медицинских документов: одну положил в банк в Базеле — она пропала, ещё две отдал чешскому писателю, диссиденту Эрнесту Вайссу. По этим материалам Вайс написал роман «Очевидец», главный герой был выведен под инициалами А. Г. О вывозе рукописей, видимо, узнали.

Вскоре Форстер был обвинён во всех смертных грехах — от казнокрадства до изнасилования медсестёр и клеветы на фюрера. Его нашли 11 сентября 1933 года у себя дома, с простреленной головой. Власти тут же объявили о самоубийстве, но всем было ясно — это работа гестапо. Вот такая история болезни».

Сева Новгородцев, Осторожно, люди! Хроника нравов, СПб, «Амфора»,2008 г., с. 201-203.

В 1919 году – после пламенной антисемитской речи – Гитлер был назначен «офицером просвещения».

«… он уже перестал думать о нормальных отношениях с женщинами. Его вполне удовлетворяли экстазы власти в любых формах. Произнося речи, он впадал в такой экстаз и так дико корчился, что получал от этого полное эмоциональное удовлетворение».

Вальтер Шелленберг, Секретная служба Гитлера. Мемуары начальника управления шпионажа и диверсий службы безопасности СД, Киев, «Доверие», 1991 г., с. 60.

К 1920 году Гитлером и его соратниками была намечена программа нацистской партии, включавшая: требования отмены Версальского договора, антисемитизм, требования сильной центральной власти.

В 1923 году за политическую деятельность был посажен в тюрьму, где написал первый том книги:  Четыре с половиной года борьбы против лжи, глупости и трусости — позднее была издана под названием: Моя борьба / Mein Kampf.

«Итак, высшей целью действительно народного государства должна быть забота о сохранении того основного расового ядра, которое одно только способно создавать культуру, дарить человечеству красоту, достоинство и все высокое.

Мы, арийцы, понимаем под государством только живой организм расы, который не только обеспечивает само существование этой расы, но обеспечивает ей также возможность дальнейшего более высокого развития всех заложенных в ней способностей до степени самой высшей свободы».

Адольф Гитлер, Моя борьба, Харьков, «Свитовид», 2003 г., с. 392.

В 1933 году Гитлер победил на выборах и стал рейхсканцлером. Все политические партии (кроме нацистской) были запрещены; профсоюзы распущены; ряд бывших соратников, претендовавших на власть – физически уничтожены…

«Знания Гитлера были, с одной стороны, глубокими, с другой — поверхностными и дилетантскими.

Он обладал высокоразвитым политическим инстинктом и был начисто лишён моральных устоев; им двигали совершенно необъяснимые фантастические идеи и мелкобуржуазная воздержанность.

 Но основной отличительной чертой была вера в свою исключительную, отмеченную самим провидением, миссию свершить великие дела для Германии. В эту историческую миссию он верил безоговорочно.

Именно эта уверенность и создавала впечатление его интеллектуальности и сверхъестественной одарённости. Кроме того, он умел низвергать любые авторитеты, что часто приводило к самым печальным результатам. Он настолько не считался с авторитетными людьми что те даже и не пытались доказывать свою правоту».

Вальтер Шелленберг, Секретная служба Гитлера. Мемуары начальника управления шпионажа и диверсий службы безопасности СД, Киев, «Доверие», 1991 г., с. 59.

Читайте также:  Какие книги нужно читать, чтобы красиво говорить?

«В июне 1934 года американский социолог Теодор Абель приехал в Германию, где под эгидой нацистской партии провёл конкурс на лучшую автобиографию участников гитлеровского движения.

Абель хотел заглянуть в душу настоящих убежденных фашистов, поэтому, чтобы отсечь карьеристов, жюри рассматривало работы только тех членов партии, которые записались в неё до прихода Гитлера к власти. Исповеди 683 фашистов были собраны в книгу «Почему Гитлер пришёл к власти».

В 1938 году она вышла в США и стала настольным пособием для психологов американской военной разведки. Изучавший эти документы историк нацизма Роде писал, что в большинстве своём авторы были людьми «потерянного поколения». Все они пережили кризис идентичности, который лишил их цели в жизни.

Общество, оставшись без старой авторитарной силы — церкви, впервые испытало на себе разъедающее влияние метафизического вакуума. Запад лихорадочно искал способа заполнить онтологическую пустоту. Не зря своё «обращение» в фашизм корреспонденты доктора Абеля бессознательно описывали в терминах религиозного откровения.

Гитлер сумел сфокусировать духовную энергию, не находящую выхода. Он сделал то, о чем со времен научной революции и Просвещения забыл секуляризованный Запад: нацистский миф срастил политику с религией».

Генис А.А., Билет в Китай, СПб, «Амфора», 2001 г., с. 228-229.

В 1938 году к  Третьему рейху была присоединена родина Гитлера — Австрия.

«… человеком, оказавшим большое влияние на фюрера был австрийский инженер Плейзингер. Именно у него Гитлер позаимствовал идею организации нацистской партии по принципу ордена иезуитов. Гитлер постоянно повторял в своих выступлениях одну фразу Плейзингера, этого нацистского философа: «Евреи — это микробы полнейшего разложения.

Они лишь способны мыслить аналитически, но лишены всякой созидательной силы». После 1943 года ненависть Гитлера к евреям приобрела патологический характёр. По его словам, в поражениях немецкой армии были повинны евреи всего мира.

Именно они заставили Рузвельта и Черчилля в Касабланке потребовать от немцев «безоговорочной капитуляции». Черчилль и Рузвельт — агенты евреев.

Всё это показывает, как предрассудки, облечённые в форму псевдонаучных теорий, оказывают решающее влияние на человека, безраздельно правящего восемьюдесятью миллионами немцев. Все его реалистические  взгляды, хорошо или плохо обоснованные политическим и историческим опытом, искажались этими предрассудками.

Англичане считались представителями германской расы и поэтому могли претендовать на уважение и любовь немецкого народа. Конечной целью Гитлера было слияние всех германских элементов Европы с целью их общего наступления на коммунистический мир. Здесь его расовые теории играли также решающую роль.

Невзирая на множество докладов разведки, Гитлер не пожелал отказаться от вздорной мысли, будто бы с 1920 года Сталин систематически проводит тайную политику смешения внутри Советского Союза всех рас и национальностей. Целью этой политики, якобы, являемся установление господства монгольской расы над всеми прочими».

Вальтер Шелленберг, Секретная служба Гитлера. Мемуары начальника управления шпионажа и диверсий службы безопасности СД, Киев, «Доверие», 1991 г., с. 60-61.

«… программа геноцида с начала до конца, несмотря на её огромный масштаб, была секретной. Гитлер ни разу не упоминал о ней даже в своих бескрайних тирадах перед сподвижниками, которые представляли собой темы его книги «Разговор за столом», и в других документах. Хотя он упивался уничтожением заговорщиков от 20 июля 1944 г.

и заставлял снова и снова показывать ему фильм о их ужасных экзекуциях, он никогда не посетил ни одного лагеря, не говоря уже о лагерях смерти. Его чудовищная и полная ненависти воля задействовала весь процесс и поддерживала его ход до тех пор, пока цель не была практически исполнена. Но его ненависть была абстрактна.

Он как будто чувствовал, что даже его воля размякнет, когда он увидит массы обречённых как миллионы конкретных человеческих лиц: тогда его способность выполнить то, что он считал своим высшим долгом перед германской «культурой», рухнет.

Он наслаждался убийством генералов-аристократов, которых знал и ненавидел, но уничтожение целой категории людей было не более чем просто неприятной обязанностью».

Пол Джонсон, Современность: Мир с Двадцатых по Девяностые годы, Часть I, М., «Анубис», с. 478.

Весной 1945 года Адольф Гитлер нервно кричал в Берлине, что немецкий народ недостоин жить, так как не оправдал его, фюрера, надежд и не смог завоевать не только весь мир, но и даже «смехотворную сотню миллионов славян».

  • Преимущества дедуктивных рассуждений по Моррису Клайну«Важно правильно оценивать, сколь радикальной была приверженность дедуктивному доказательству. Предположим, что некий учёный, измерив сумму углов ста различных треугольников, отличающихся расположением, размерами и формой, обнаружил, что в пределах точности измерений сумма углов всегда оказывается равной 180°. Разумеется, учёный решил бы, что сумма углов любого треугольника равна 180°. Но его доказательство было бы индуктивным, я не дедуктивным — и поэтому неприемлемым с точки зрения математики…

Источник: https://vikent.ru/author/1540/

Темная Харизма Адольфа Гитлера (BBC) — Разбор сериала

Если говорить об адаптации оригинального названия The Dark Charisma of Adolf Hitler, есть два основных варианта: Темная харизма Адольфа Гитлера и Мрачное обаяние Адольфа Гитлера. Оба они стилистически и понятийно верны.

Основная идея того документального сериала от Лоуренса Риса (автора Нацисты: Предостережение истории) состоит в отсутствии какой-либо потусторонней составляющей.

Создатели сериала BBC Мрачное обаяние Адольфа Гитлера не раз делают акцент на том, что нужно мыслить здраво и не уподобляться желтой прессе и бестолковым теориям о том, что Адольф Гитлер имел потустороннее дьявольское влияние на умы немцев. Это и отличает серьезную документалистику, в частности, о Второй Мировой Войне, и низкокачественную.

Также можно упомянуть приставку в оригинальном названии — Leading Millions into the Abyss, которую можно перевести в общем контексте, как: Ввергнув миллионы в бездну или Увлекший миллионы в бездну.

В сериале Мрачное обаяние Адольфа Гитлера не будет идти речь об оккультизме (только очень вскользь), гороскопе, гипнозе или других ненаучных глупостях.

Лоуренс Рис и его традиционно важный консультант проекта, культовый историк биографии Гитлера, Ян Кершоу, обращаются к психологии и человеческой природе.

К человеческой природе общности, к необходимости быть частью группы и разделять ее интересы, к потребности в лидере и цели своего существования.

Вместе с этим, в сериале The Dark Charisma of Adolf Hitler (Мрачное обаяние Адольфа Гитлера) нет тонкого социо-культурного анализа, какой, например, можно почерпнуть в трехтомной биографии Гитлер Иоахима Феста. Вместе с этим, через достижения Адольфа Гитлера рассказываются общечеловеческие принципы поведения, которые были более чем актуальны в первой половины ХХ столетия.

Темная харизма Адольфа Гитлера — Постановка с актерами

Отличительной особенностью более поздних документальных проектов от Лоуренса Риса, в частности Освенцим и Темная харизма Адольфа Гитлера является совмещение документальной хроники и художественной реконструкции с актерами.

В данном случае постановка фильма Мрачное обаяние Адольфа Гитлера (The Dark Charisma of Adolf Hitler) не отличилась обилием таких кадров, но интересно отмечать некоторых личностей, которых решили таким образом изобразить и обстоятельства, которых не нашлось в документальной хронике.

Впрочем, конечно, без реконструкции можно было вполне обойтись. В первом эпизоде сериала Мрачное обаяние Адольфа Гитлера важной персоналией, которую реконструировал актер, стал один из оппонентов Адольфа Гитлера по НСДАП – Грегор Штрассер.

В третьей серии мы видим образ фельдмаршала Манштейна – к слову, мало похожий на реального прототипа. Эта реконструкция соседствует с известными кадрами за картой рядом с Гитлером и продолжительным, как подчеркивают создатели, неприлично долгим рукопожатием от фюрера.

В той же третьей серии мелькает майор Отто Ремер – в сцене, когда он по телефону узнал голос Гитлера и после подавил Июльский путч 1944 года (не идет в сравнение со сценой из Операции Валькирия и с Томасом Кречманом).

Мрачное обаяние Адольфа Гитлера – Составляющие

VISION – Видение. Его видение будущего тысячелетнего рейха. Гитлер не был унылым теоретиком, который пытался убедить публику в демократии, в том, что у его партии есть продуманный план экономических перемен. Он задрал планку намного выше, чем пленял внимание миллионов немцев.

После поражение в Великой Войне, после ограничений военного потенциала, репараций и жесточайшего экономического и социального кризиса, люди слышали не просто то, что все наладится. Им обещали великое государство сверхлюдей, которое возьмет от мира все, что причитается ему по историческому праву.

Мрачное обаяние Адольфа Гитлера проявилось в полной мере в передаче этого утопического образа народу, который за него ал, а позже и умирал на полях сражений и в городах.

MISSION – Миссия. Объединить всех немцев. Годами Гитлер вынашивал идею перекроить политическую карту Европы, чтобы истинные арийцы, какими он видел немецкоговорящие нации, получили свое место под солнцем, как единое государство.

Именно эта составляющая Темной харизмы Адольфа Гитлера нашла широкое применение во время европейских аннексий в 1935-1939 г.г. С одной стороной, самим немцам доходчиво объясняли необходимость защитить их братьев-арийцев.

С другой, этническим немцам за границей насаждалось также новое видение их будущего в составе Третьего рейха. Мрачное обаяние Адольфа Гитлера охватило несколько наций.

CONNECTION – Связь. Способность устанавливать связь с аудиторией – разделять ее потребности и тревоги. По логике – самая важная составляющая того самого Мрачного обаяния Адольфа Гитлера, как одного из самых известных и сильных ораторов в мировой истории.

Эта часть харизмы рассматривается на протяжении всех трех эпизодов сериала – от пивных Мюнхена, до выступлений перед сотнями тысяч людей и до убеждения своего генералитета в последние недели Второй Мировой Войны.

В годы экономического кризиса Гитлер точно знал, что хочет услышать от него публика, как и то, что нужно создать призрак внутреннего и внешнего врага для консолидации масс.

HOPE – Надежда и смысл, которые он дарил людям в тяжелые времена. Эта составляющая Мрачного обаяния Адольфа Гитлера проявлялась уже после окончания Великой Войны. В стране, которая только что проиграла войну, была унижена и ограничена, людям давали надежду на светлое будущее, что еще ничего не кончено.

Когда миллионы немцев голодали из-за экономического кризиса и девальвации национальной валюты, Гитлер давал людям надежду, что черная полоса сменится процветанием.

Когда миллионы немецких мужчин уже были убиты, ранены или взяты в плен на всех фронтах, а немецкие города, один за другим, превращались в тлен бомбардировками союзников, Гитлер давал людям несбыточные надежды, что весь этот ужас обернется триумфом воли немецкого народа.

CERTAINTY – Уверенность в своих силах и светлом будущем. Какой сильный лидер может везти за собой десятки миллионов людей, если он сам не уверен в себе или в своей миссии. Для многих именно уверенность в себе, как оратора на сцене – важнейшая составляющая харизмы Адольфа Гитлера.

Он остается одним из, если не самым, известным оратором в истории, хотя у большинства людей кинохроника с его выступлениями вызывает резко негативные эмоции. Он был уверен в том, что Германия преодолеет кризис, унижение Версальского договора и заряжал этой уверенность своих приближенных и граждан.

Он менял мнение людей на, казалось бы, неразрешимые проблемы и патовые ситуации – даже когда Третий рейх уже почти полностью лежал в руинах, окруженный врагами.

HATE – Тяга к ненависти, нетерпимость к призракам врагов государства. Гитлер хорошо знал, что хочет слышать от него публика и подчиненные. Он объединял их общей ненавистью к внешним и внутренним врагам.  Гитлер не стеснялся открыто выражать свою нетерпимость к политическим оппонентам, к евреям и представителям других наций.

Это, пожалуй, наиболее мрачная составляющая его взаимодействия с публикой, Мрачного обаяния Адольфа Гитлера, которая не только ввергла в пучину трагедии Европу, но и привела к Холокосту и Преступлениям против человечества.

Привела к реформированию мировосприятия самих немцев и искривлению того, что считалось добром и злом, праведным и преступным, здравым и ненормальным.

Мрачное обаяние Адольфа Гитлера — Рассказчики за кадром

Если вы читали книгу Лоуренса Риса Освенцим: Нацисты или окончательное решение еврейского вопроса (мой подробный обзор), в предисловии автор очень актуально и грамотно рассуждает о том, что все свидетели Второй Мировой и Холокоста скоро уйдут и у нас останутся воспоминания, мемуары и интервью.

Темная харизма Адольфа Гитлера BBC увидела свет уже в 2012 году, спустя 67 лет после окончания войны, не говоря уже о периоде между двумя мировыми войнами. Конечно, еще можно было найти свидетелей для интервью, но сериал не пошел по этому пути. Вместо этого мы видим формат, который сейчас приобретает актуальность.

Мы слышим закадровые цитаты рассказчиков, которые были записаны силами британского BBC за последние четверть века. В частности, озвучат отрывки интервью из предыдущих проектов Лоуренса Риса, например из Нацисты: Предостережение истории.

Это не прямые включения , но зачистка актерами озвучки, как и, например, цитаты самого Адольфа Гитлера.

Источник: https://war-documentary.info/dark-charisma-hitler-bbc/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector